Неточные совпадения
Сон остановил медленный и ленивый поток его мыслей и мгновенно перенес его в другую
эпоху, к другим
людям, в другое место, куда перенесемся за ним и мы с читателем в следующей главе.
Приезд богатого соседа есть важная
эпоха для деревенских жителей. Помещики и их дворовые
люди толкуют о том месяца два прежде и года три спустя. Что касается до меня, то, признаюсь, известие о прибытии молодой и прекрасной соседки сильно на меня подействовало; я горел нетерпением ее увидеть, и потому в первое воскресенье по ее приезде отправился после обеда в село *** рекомендоваться их сиятельствам, как ближайший сосед и всепокорнейший слуга.
А минутами ему казалось, что он чем-то руководит, что-то направляет в жизни огромного города, ведь каждый
человек имеет право вообразить себя одной из тех личностей, бытие которых окрашивает
эпохи. На собраниях у Прейса, все более многолюдных и тревожных, он солидно говорил...
— Фантастически талантливы
люди здесь. Вероятно, вот такие жили в
эпоху Возрождения. Не понимаю: где — святые, где — мошенники? Это смешано почти в каждом. И — множество юродствующих, а — чего ради? Черт знает… Ты должен понять это…
Клим Иванович был сильно расстроен: накануне, вечером, он крепко поссорился с Еленой;
человек, которого указал Дронов, продал ей золотые монеты
эпохи Римской империи, монеты оказались современной имитацией, а удостоверение о подлинности и древности их — фальшивым; какой-то старинный бокал был не золотым, а только позолоченным. Елена топала ногами, истерически кричала, утверждая, что Дронов действовал заодно с продавцом.
Более удачно гасились эти призрачные огни словами большеголового составителя популярно-научных книжек; однажды во флигеле у Катина он пламенно доказывал, что мысль и воля
человека — явления электрохимические и что концентрация воль вокруг идеи может создавать чудеса, именно такой концентрацией следует объяснить наиболее динамические
эпохи...
Это качество скрыто глубоко в области эмоции, и оно обеспечивает
человеку полную свободу, полную независимость мысли от насилия истории,
эпохи, класса.
В том, что говорили у Гогиных, он не услышал ничего нового для себя, — обычная разноголосица среди
людей, каждый из которых боится порвать свою веревочку, изменить своей «системе фраз». Он привык думать, что хотя эти
люди строят мнения на фактах, но для того, чтоб не считаться с фактами. В конце концов жизнь творят не бунтовщики, а те, кто в
эпохи смут накопляют силы для жизни мирной. Придя домой, он записал свои мысли, лег спать, а утром Анфимьевна, в платье цвета ржавого железа, подавая ему кофе, сказала...
С самыми лучшими чувствами симпатии и добрых воспоминаний обращаюсь я постоянно к этой
эпохе плавания по морям, к кругу этих отличных
людей и встречаюсь с ними всегда, как будто не расставался никогда.
Ей, может быть, захотелось заявить женскую самостоятельность, пойти против общественных условий, против деспотизма своего родства и семейства, а услужливая фантазия убедила ее, положим, на один только миг, что Федор Павлович, несмотря на свой чин приживальщика, все-таки один из смелейших и насмешливейших
людей той, переходной ко всему лучшему,
эпохи, тогда как он был только злой шут, и больше ничего.
Вот если вы не согласитесь с этим последним тезисом и ответите: «Не так» или «не всегда так», то я, пожалуй, и ободрюсь духом насчет значения героя моего Алексея Федоровича. Ибо не только чудак «не всегда» частность и обособление, а напротив, бывает так, что он-то, пожалуй, и носит в себе иной раз сердцевину целого, а остальные
люди его
эпохи — все, каким-нибудь наплывным ветром, на время почему-то от него оторвались…
В продолжение своей карьеры он перебывал в связях со многими либеральнейшими
людьми своей
эпохи, и в России и за границей, знавал лично и Прудона и Бакунина и особенно любил вспоминать и рассказывать, уже под концом своих странствий, о трех днях февральской парижской революции сорок восьмого года, намекая, что чуть ли и сам он не был в ней участником на баррикадах.
Но он хочет воссоздать целостного
человека из раздельной, автономной сферы экономики; он находится во власти экономизма капиталистической
эпохи.
Жестокость войны, жестокость нашей
эпохи не есть просто жестокость, злоба, бессердечие
людей, личностей, хотя все это и может быть явлениями сопутствующими.
Наша непластическая, неархитектурная
эпоха создает только безобразные дома и безобразную одежду, делает улицы отталкивающими для эстетически чуткого
человека и оставляет нас на эстетическое пропитание стариной.
Идея демократии была осознана и формулирована в такую историческую
эпоху, когда религиозное и философское сознание передовых слоев европейского человечества было выброшено на поверхность и оторвано от глубины, от духовных истоков
человека.
Так называемый новый
человек эпохи, завтрашнего дня будет иметь склонность окончательно принять средства жизни за цели жизни.
И вот что самое важное: в «коллективистичную»
эпоху происходит не только социализация и коллективизация экономической и политической жизни, но и совести, мысли, творчества, экстериоризации совести, т. е. перенесение ее из глубины
человека, как духовного существа, вовне, на коллектив, обладающий авторитарными органами.
Марксизм стремится к целостному
человеку, не хочет примириться с отчуждением человеческой природы, которое происходит в капиталистическую
эпоху.
Но вот что слишком немногими испытано, что очаровательность, которую всему дает любовь, вовсе не должна, по — настоящему, быть мимолетным явлением в жизни
человека, что этот яркий свет жизни не должен озарять только
эпоху искания, стремления, назовем хотя так: ухаживания, или сватания, нет, что эта
эпоха по — настоящему должна быть только зарею, милою, прекрасною, но предшественницею дня, в котором несравненно больше и света и теплоты, чем в его предшественнице, свет и теплота которого долго, очень долго растут, все растут, и особенно теплота очень долго растет, далеко за полдень все еще растет.
Я и сам не мог вырасти таким, — рос не в такую
эпоху; потому-то, что я сам не таков, я и могу не совестясь выражать свое уважение к нему; к сожалению, я не себя прославляю, когда говорю про этих
людей: славные
люди.
С одной стороны, он разделял свойственный
эпохе испуг пред Кантом, закупорившим
человека в мире явлений и провозгласившим на новых началах религиозный агностицизм или скептицизм.
Мир является великой иерархией идейных существ, идейным организмом, и в этом постижении софийности «мертвого» мира лежит заслуга оккультизма [Под оккультизмом я разумею здесь не столько современный, школьный оккультизм, воспитываемый особой тренировкой, но общую природную способность
человека проникать за кору явлений, особенно свойственную народам в ранние
эпохи развития и отразившуюся в сказке, эпосе, фольклоре, верованиях и «суевериях».], сближающая его с ««поэтическим восприятием» природы вообще.
Христос Своим появлением в человечестве, Своими страданиями и смертию лишь совершил посредничество как
человек, но Он есть вечный посредник, посредник между Богом и
людьми, начиная от
эпохи мира (von Weltzeiten hin), стало быть, уже посредник и в язычестве.
Религия, связь
человека с божеством, имеет для него значение не связи двух миров, но выражает лишь определенную стадию развития духа [Сродным интеллектуализмом был заражен уже Фихте, и притом не только в ранний период («спора об атеизме»), но и в поздний,
эпохи «Anweisung zum seligen Leben» 1806 года.
Теперешний
человек соответствует настоящей стадии в развитии земли; предыдущие ступени его существования духовно и физически отличаются от теперешней, и еще более надо это же сказать про последующие мировые
эпохи:
человек есть только звено, его не было и он должен быть преодолен; эволюция ведет не к сверхчеловеку, но от
человека и за
человека.
Можно не знать Христа, будучи чуждым христианству (каковы и теперь нехристианские религии, в известной мере принадлежащие к еще дохристианской
эпохе), но зная о Нем и в то же время отрицаясь Церкви, как единственного пути жизни в Нем,
человек делается жертвой религиозного обмана и самообмана.
Люди очень легко объявляют наступление конца мира на том основании, что переживает агонию и кончается историческая
эпоха, с которой они связаны своими чувствами, привязанностями и интересами.
Я
человек известной
эпохи, отражавший ее противоречия и борьбу, и вместе с тем восставший против
эпохи и обращенный к грядущему.
Нужно помнить, что притчи обращены к простому народу той
эпохи, к среднему
человеку, которому мало понятна бескорыстная любовь к Богу и божественному, они сказывались в ограниченных рамках пространства и времени.
Я никогда не был ни политическим деятелем, ни политическим публицистом, я был моралистом, защищавшим свою идею
человека в
эпоху, враждебную
человеку.
Так как мне пришлось жить в
эпоху исторических катастроф и порожденных ими ужасов жизни, то я был свидетелем больших изменений и трансформаций
людей.
Эпохи, столь наполненные событиями и изменениями, принято считать интересными и значительными, но это же
эпохи несчастные и страдальческие для отдельных
людей, для целых поколений.
Динамизм исторических катастроф даже предварял собой
эпоху реакционную в отношении к подлинному творчеству
человека, ибо она враждебна
человеку и истребительна для свободы духа.
Низкое мнение о
людях, которое очень питается нашей
эпохой, не может пошатнуть моего высокого мнения об идее
человека, о Божьей идее о
человеке.
Это был очень талантливый
человек, самый интересный немецкий философ последней
эпохи.
Я сравнительно редко встречал
людей, сознание которых стояло бы на высоте
эпохи и исторических событий.
Но трагический опыт ужасающей комедии истории подготовляет совершенно новую
эпоху в судьбах
человека.
Я принужден жить в
эпоху, в которой торжествует сила, враждебная пафосу личности, ненавидящая индивидуальность, желающая подчинить
человека безраздельной власти общего, коллективной реальности, государству, нации.
Практический же вывод из моей веры оборачивается обвинением против моей
эпохи: будьте человечны в одну из самых бесчеловечных
эпох мировой истории, храните образ
человека, он есть образ Божий.
На «башне» В. Иванова, так называлась квартира Ивановых на 7 этаже против Таврического сада, каждую среду собирались все наиболее одаренные и примечательные
люди той
эпохи: поэты, философы, ученые, художники, актеры, иногда и политики.
В этом бесстыдство современной
эпохи, но также и большое обогащение знаний о
человеке.
Я решаюсь занять собой не только потому, что испытываю потребность себя выразить и отпечатлеть свое лицо, но и потому, что это может способствовать постановке и решению проблем
человека и человеческой судьбы, а также пониманию нашей
эпохи.
Вячеслав Иванов один из самых замечательных
людей той, богатой талантами,
эпохи.
Когда же этому конец?» «Поймут ли, оценят ли грядущие
люди весь ужас, всю трагическую сторону нашего существования?» В последней записи «Дневника» написано: «Страшная
эпоха для России, в которой мы живем и не видим никакого выхода».
Но творчество Гоголя принадлежит
эпохе Белинского и
людей 40-х годов.
Православие было, конечно, более глубоким влиянием на души русских
людей, но в масонстве образовывались культурные души петровской
эпохи и противопоставлялись деспотизму власти и обскурантизму.
Он — эстет, в этом он —
человек своей
эпохи,
человек, равнодушный к моральной стороне христианства.
Для Нового Иерусалима необходима коммюнотарность, братство
людей, и для этого необходимо еще пережить
эпоху Духа Св., в которой будет новое откровение об обществе.
Моя тема о творчестве, близкая ренессансной
эпохе, но не близкая большей части философов того времени, не есть тема о творчестве культуры, о творчестве
человека в «науках и искусстве», это тема более глубокая, метафизическая, тема о продолжении
человеком миротворения, об ответе
человека Богу, который может обогатить самую божественную жизнь.